Financial Times Переводы из Financial Times
Поддержите The Moscow Times

Подписывайтесь на Русскую службу The Moscow Times в Telegram

Подписаться

«Она совсем как мы». Как девушка из Петербурга стала политзаключенной

28-летнюю Викторию Петрову отправили в СИЗО за антивоенные посты во «Вконтакте».
Виктория Петрова / vk.com

О петербурженке Вике Петровой полтора месяца назад не знал никто, кроме ее близких. Обычная молодая женщина: работала менеджером в небольшой фирме, жила в съемной квартире вдвоем с кошкой Марусей, занималась в спортзале. Писала антивоенные посты в соцсетях и ходила на протестные акции (ее трижды задерживали с конца февраля), но активисткой себя не считала. 6 мая к Вике пришли с обыском сотрудники Центра «Э» и СОБРа, а потом ее отправили в СИЗО до конца июня — сейчас петербурженка находится в женском изоляторе Арсеналка.

Виктория Петрова — одна из фигуранток новой уголовной статьи о «фейках» про армию (207.3 УК РФ). По подсчетам ОВД-Инфо (Власти считают организацию иноагентом), всего за три месяца действия статьи возбудили не менее 59 уголовных дел. В Петербурге самая известная фигурантка — музыкантка и художница Саша Скочиленко. В отличие от Саши, которой вменяют замену ценников на информацию о военных действиях в одном из магазинов, Вика поплатилась за виртуальную активность: ее арестовали из-за поста во «ВКонтакте». 23 марта она опубликовала девять видеороликов с выступлениями журналистов Дмитрия Гордона и Александра Невзорова (Власти считают его иноагентом), а также общественного деятеля Максима Каца. Уже через два дня администрация соцсети — по требованию Роскомнадзора — удалила пост. Но было поздно.

История Вики Петровой — в том числе про «эффект Стрейзанд». Во «ВКонтакте» у нее 247 друзей и 89 подписчиков — совсем не лидер мнений. «Единственное необычное в деле Вики — это как раз ее обычность. Она совсем как мы», — написала про Петрову ее адвокат Анастасия Пилипенко (которая и привлекла внимание общественности к делу своей подзащитной). Вероятно, если бы Вику не арестовали, она бы так и осталась «обычным человеком».

Слушая ее выступление с экрана в зале Городского суда (физически арестантка была в Арсеналке, это обычная практика, когда рассматривают апелляцию на меру пресечения), я поняла, что Вика больше не обычная.

Вместо того, чтобы уверить суд в своей благонадежности и умолять перевести ее из СИЗО под домашний арест, к маме, петербурженка в течение семи минут рассказывала, что именно, по ее мнению, происходит в Украине, и призвала «всех россиян ​​сделать все, чтобы остановить эту чудовищную войну».

Видео и текст речи есть в телеграм-канале «Свободу Вике Петровой!» — пользователей предупреждают, что распространение этих материалов «может привести к уголовной ответственности». На следующее утро после выступления в суде Вике сказала своему адвокату, что «не молчала раньше и тем более не хочет молчать теперь, когда ее услышат многие».

Судья предсказуемое оставила арестантку Петрову в СИЗО. Вероятно, в конце июня будет заседание по продлению меры пресечения. Когда именно закончится следствие, никто не знает. От Вики хотят признания вины.  

Недавно я получила письмо из Арсеналки. Вообще-то общаться с журналистами Вике не дают — ни через адвоката (листы с ответами изымают прямо в камере), ни через «ФСИН-письмо» (цензоры не пропускают запросы СМИ). Но с другими «обычными людьми» переписываться можно, и Вика уже получила сотни писем. Так что я задала вопросы в частном порядке, предупредив о своем журналистском интересе адвоката Анастасию Пилипенко.

 

Вика пишет, что «чувствует себя нормально и физически, и психологически». Что сотрудники СИЗО, на ее взгляд, «очень добрые и веселые». Что понимает — ее «преследуют по политическим мотивам». Что «конечно, невероятно хочет вернуться на свободу, к своей счастливой и наполненной ежедневными инсайтами и проектами жизни, увидеть любимых, близких людей, наслаждаться тысячами недоступных сейчас бесценных моментов нормальной жизни».       

читать еще