Financial Times Переводы из Financial Times
Поддержите The Moscow Times

Подписывайтесь на Русскую службу The Moscow Times в Telegram

Подписаться

Олимпиада: байки из пекинской «петли»

Тотальные ограничения для участников Игр показывают, как далеко готов пойти Китай в борьбе с ковидом

Аэропорт Пекина во время Олимпиады-2022. Сергей Бобылев / ТАСС

Ворота, которые отделяют олимпийский отель, где проживают журналисты FT, от остального Пекина, закрыты даже не на один, а на два висячих замка. Их также подпирает трехметровый кол, поэтому выглядят они так, будто подготовлены для осады. Каждое утро охранники в масках убирают кол, снимают замки и впускают на территорию автобус. Ворота тут же запираются, а потом открываются снова, чтобы выпустить автобус, выезжающий в медиацентр. И снова захлопываются.

Весь этот процесс повторяется множество раз в день и типичен для установленной в столице зимней Олимпиады системы «замкнутой петли» (или «кольца» – в этом слове используется тот же иероглиф, что и для обозначения кольцевых автомагистралей в Пекине). Ее цель проста – не допустить распространения завезенного из-за пределов Китая ковида.

Антипандемическая машина

Игры-2022 в Пекине стали отражением эпохи, квинтэссенцией, воплощением самой невероятной антипандемической машины из когда-либо созданных. Спустя два года после появления вируса в Ухане Китай остается единственной крупной страной в мире, пытающейся его полностью искоренить. Карантины, массовое тестирование, локдауны для целых городов – и результат: всего 107 000 случаев заражения, меньше, чем в США в один только день 1 января.

Если кто-то из спортсменов еще не знал про китайскую политику нулевой терпимости к ковиду, то наверняка испытал шок в международном аэропорту Пекина, где абсолютно все сотрудники одеты в полные костюмы химзащиты. Прибывшие могут быть изолированы в любой момент, если один из ежедневно делаемых тестов даст положительный результат, – малоприятная перспектива для людей, которые тренируются годами, чтобы выступить в полную силу в один-единственный день. Некоторым спортсменам уже пришлось пропустить свои соревнования.

Пункт тестирования на COVID-19 на одной из улиц Пекина во время Олимпиады-2022.  Валерий Шарифулин / ТАСС
Пункт тестирования на COVID-19 на одной из улиц Пекина во время Олимпиады-2022. Валерий Шарифулин / ТАСС

На Олимпиаде в Токио в 2021 г. (она была отложена на год из-за пандемии) тоже действовали меры безопасности, но гости все-таки могли общаться с внешним миром. Не то в Пекине, где тебя преследует легкое ощущение, будто живешь в день страшного суда. Обычно в номере отеля стоит одна бесплатная бутылочка воды; в моем номере – 24 литра. Когда я в первый день вышел из него, то увидел сотрудника в защитном костюме, щедро поливающего антисептиком ковровое покрытие в коридоре. В ресторане отеля – только одноразовая посуда и приборы. Маски не просто обязательны – они должны быть определенных моделей: только N95, KN95 или FFP2. Значительная часть персонала в дополнение носит еще и прозрачные лицевые щитки.

«Замкнутая петля» – это, на самом деле, не окруженная забором территория, а собрание отелей и спортивных объектов, разбросанных по городу, но огороженных; передвигаться между ними можно только на специальных автобусах. Власти даже запретили местным жителям помогать пострадавшим в случае ДТП – нужно ждать приезда специальных бригад.

Пекин, бросить взгляд на который можно только из окон, предстает как место крепнущей, но оставляющей неуютное чувство геополитической силы, где спортсменов предупреждают, чтобы следили за своими высказываниями, а почти у каждого журналиста есть одноразовый мобильный телефон.

Так что границы «петли» – гибкие, но непроницаемые.

«Ковидная Олимпиада»

Одна из сложностей, связанных с этой закрытой системой, – ограничения на питание за пределами номера. Доступа в магазины нет – за исключением тех, что расположены в отелях и универмага а-ля «тысяча мелочей» в медиацентре, где можно купить пиво, калькуляторы, шоколад (который разобрали очень быстро). Питание адекватное, но достаточно скудное, а есть приходится за столами, где каждое место со всех сторон ограждено пластиковыми щитами. Атмосфера соответствующая, особенно если к ней добавить надпись «Не разговаривать» в некоторых лифтах.

В медиацентре некоторые блюда, такие как бургеры и картошку фри, раскладывают по тарелкам роботы – очевидно, чтобы тоже исключить передачу вируса. Однако разносят тарелки вполне живые сотрудники, да и готовить тоже наверняка приходится им. На противоположной стороне столовой – коктейль-бар: фотографии и видео этого совершенно не соответствующего окружению островка роскоши быстро заполонили интернет, потому что коктейли там смешивает тоже робот. Но передают их посетителям, опять же, живые сотрудники.

 Волонтеры у главного пресс-центра Олимпиады-2022. Валерий Шарифулин / ТАСС
Волонтеры у главного пресс-центра Олимпиады-2022. Валерий Шарифулин / ТАСС

Работу системы «замкнутой петли» обеспечивает огромное количество людей, включая тысячи волонтеров, – зачастую студентов (правда, понять это поначалу невозможно из-за масок). Как и все прочие сотрудники Игр, по возвращении домой они должны будут несколько недель просидеть на карантине. Но это их не печалит: Олимпиада того стоит, сказал один человек из провинции Хэнань, игравший на волынке около керлинга. По словам водителя такси (им иногда удается воспользоваться для переезда между отелями), проживание в карантинном отеле будет бесплатным.  

Эти Игры, которые некоторые спортсмены уже окрестили «ковидной Олимпиадой», – мероприятие, где больше всего заразиться боятся самые здоровые. Когда знаменосца команды Германии Клаудию Пехштейн, которая приехала уже на восьмые Игры, спросили, каково ее главное желание, она ответила: «Не подхватить ковид». Один член смешанной команды Норвегии по биатлону, выигравшей золото, не пришел на пресс-конференцию, так как находился на самоизоляции из-за возможного контакта с инфицированным.

Начало хоккейного матча между женскими командами Канады и России задержалось почти на час; канадские спортсменки отказались выходить на лед, ожидая результатов тестов на ковид у российских (ранее у россиян было несколько положительных результатов). В итоге обе команды играли в масках для лица, надетых под шлемы. Узнать, что же именно произошло, в таких случаях очень сложно. На пресс-конференциях в «петле» все изо всех сил стараются говорить как можно меньше на темы, не связанные непосредственно со спортом. Тренер канадской команды лишь сказал, что у него нет информации о причинах задержки за исключением «опасений относительно здоровья и безопасности».

Без удовольствия

Как и в случае с самим Китаем, система «замкнутой петли» не всегда оказывается тем, чем кажется. Однажды утром я спросил охранников у моего отеля, почему они больше не используют трехметровый кол в качестве подпорки для ворот: что, суровые меры были несколько смягчены? Нет, просто ветер стих, ответили они: оказалось, кол был нужен, чтобы от сильного ветра не свалилось наспех собранное заграждение.

Политика нулевой терпимости к ковиду – это нечто, что скорее чувствуешь, чем видишь, постоянное жертвоприношение, от которого быстро впадаешь в своего рода медитацию. Через неделю после начала Игр, на которых в одном месте собираются сотни людей, число дневных случаев заражений упало почти до нуля. Но как-то сложно этому радоваться, даже если избежать катастрофы удается благодаря чему-то большему, чем простая удача.

Как-то, наблюдая за скоростным бегом на коньках, я сдвинул с лица свою маску KN95 на несколько мгновений дольше, чем следовало, чтобы сделать глоток кофе (одно из немногих ежедневных удовольствий в «петле»). Ко мне тут же подскочил волонтер. Я извинился, указав на стакан. «Давайте быстро», – важно кивнул он. И после паузы, как будто подыскивал слово, которое объяснило бы мне смысл всей системы, добавил: «Вы не можете получать удовольствие».

Томас Хейл – корреспондент Financial Times в Шанхае

читать еще

Подпишитесь на нашу рассылку