Financial Times Переводы из Financial Times
Поддержите The Moscow Times

Подписывайтесь на Русскую службу The Moscow Times в Telegram

Подписаться

Как Сбербанк и ВТБ перешли от глобальных амбиций в режим выживания

Софья Сандурская / Агентство «Москва»

В 2007 г. тогдашний гендиректор Deutsche Bank Йозеф Акерманн сказал президенту Владимиру Путину, что Россия не сможет считаться «великой нацией», пока у нее не будет престижного международного инвестиционного банка.

Российским ответом Deutsche Bank должен был стать ВТБ. «Реальной работой ВТБ были попытки привлекать капитал в Россию, помогать российским компаниям привлекать деньги на международных рынках, а правительству – выпускать государственные облигации, – рассказывает бывший топ-менеджер ВТБ. – Это бы трубопровод между российским рынком и зарубежным».

Во время международной экспансии ВТБ занял в лондонском Сити офис по адресу Корнхил, 14, где в прошлом находилась штаб-квартира Lloyds Bank, рядом с историческим зданием Королевской биржи. Поднятый над офисом гигантский российский флаг реял над зданием Банка Англии – как символ финансовой экспансии России.

В лондонском офисе работало более 500 банкиров, ВТБ переманивал сотрудников из западных банков, стараясь стать крупным игроком в Сити.

Но, взяв здание в 2008 г. в аренду на 20 лет, ВТБ в последние годы сдает площади в субаренду, число сотрудников сократилось, некоторые были переведены во Франкфурт. В конце февраля торги депозитарными расписками ВТБ на Лондонской фондовой бирже были прекращены. В понедельник флагшток на крыше офиса был пуст.

Эти события символизируют взлет крупнейших российских госбанков в последние полтора десятилетия и их падение после того, как западные страны ввели против них санкции. Активы ВТБ заморожены, он отключен от системы SWIFT, Сбербанку закрыт доступ к долларовой системе. А ведь всего два месяца назад Сбербанк был вторым банком Европы по рыночной капитализации после британского HSBC. Он продолжает занимать второе место по числу клиентов – 102 млн против 148 млн у испанского Santander. В прошлом году он получил рекордную чистую прибыль в $16,6 млрд.

Но сейчас Сбербанк и ВТБ, на которых приходится около половины российского банковского сектора, пытаются выжить.  

Закрытый этаж

В преддверие захвата Россией Крыма в 2014 г. ВТБ отвел в башне «Империя» в Москва-сити целый этаж, где сотрудники занялись финансированием российской военной машины. По словам бывших сотрудников банка, иностранцам доступ на этот этаж был закрыт. Запрет распространялся даже на иностранного топ-менеджера, который вроде как должен был руководить этим бизнес-подразделением.

«То, что происходило в этом департаменте, всегда было окутано тайной, но все знали, что он финансирует российский военно-промышленный комплекс», – рассказал бывший топ-менеджер ВТБ, чей пропуск не сработал при попытке выйти из лифта на секретном этаже.

В 2018 г. Кремль перевел кредитование оборонной промышленности в менее крупный банк, чтобы защитить ВТБ и Сбербанк, который тоже финансировал военных, от санкций.  

Поворот вспять

Но санкции, введенные после вторжения на Украину в 2022 г., уже заставили Сбербанк уйти из Центральной и Восточной Европы, а ВТБ готовится свернуть там свои операции. В Европе у двух банков было около 1 млн розничных клиентов, также они вели счета местных властей и сотен компаний. Сильно пострадал их бизнес и в России. Руководители обоих банков боятся массового оттока средств вкладчиков и того, что ограничения на доступ к долларовому фондированию лишат валюты сотни их корпоративных клиентов.

«Сбербанк важен не только потому, что в нем находится значительная часть сбережений домохозяйств. Зачастую это единственный банк, способный, благодаря своему размеру и капиталу, предоставить крупные кредитные линии большим корпорациям, – говорит бывший заместитель ЦБ России Сергей Алексашенко. – Попадание Сбербанка под санкции создает большие проблемы с кредитованием российских компаний».

В 2020 г. ЦБ продал принадлежавшие ему 50% + 1 акцию Министерству финансов в рамках плана по увеличению бюджетных доходов, которые нужны были для оплаты обещаний Путина повысить уровень жизни населения.

Председатель правления «Сбера» Герман Греф провел технологическую трансформацию банка и стал строить из него «российский Amazon». Из 102 млн клиентов ежедневно мобильным приложением банка пользуются 27 млн. Между тем, правительство прежде всего хотело, чтобы Греф увеличивал выплаты дивидендов, чтобы финансировать путинские обещания.

«Для него [санкции] – личная трагедия, – говорит бывший директор Сбербанка. – Он руководил банком 15 лет, многого достиг, превратил его в технологического лидера, повысил рентабельность. Теперь практически все, что он построил, будет разрушено».

«У Сбербанка большая проблема, но он не умрет», – говорит Алексашенко.

Роль ВТБ заключалась в финансировании российской экономики и налаживании ее связей с международными рынками. «Это была мусорка для всего, что не работало в корпоративной России, – говорит человек, имеющий тесные связи с банком. – Правительство полагалось на него, чтобы он брал все эти бизнесы под контроль, реформировал и возвращал на рынок».

ВТБ также развил розничное подразделение и в начале 2000 г. начал приобретать активы в Европе, выстраивать инвестбанковские операции в международных финансовых центрах и на развивающихся рынках.

Бывший дипломат Андрей Костин, возглавляющий ВТБ, попал под санкции США и ЕС. Его яхта Sea Rhapsody стоимостью $56 млн, сейчас находится на Сейшеллах, согласно данным компании VesselsValue. Денис Бортников, заместитель Костина и сын директора ФСБ Александра Бортникова, в феврале тоже был включен в санкционный список США.

Помощь от властей

Первое решение ЦБ в борьбе с кризисом – повышение процентной ставки до 20% – может создать проблемы для бизнеса Сбербанка и ВТБ, сократив спрос на кредиты. В обоих банках надеются на помощь ЦБ в случае проблем с ликвидностью и на правительство – для поддержания котировок их акций. Перед вторжением капитализация Сбербанка упала за несколько дней более чем вдвое, его депозитарные расписки в Лондоне снизились в цене до $0,01, торги ими были приостановлены.

«Правительство вмешается в работу рынков, будет покупать их акции и рекапитализирует банки в случае проблем с капиталом, – говорит бывший директор Сбербанка. – Но единственное, чего они не могут, – обеспечить поступление долларов. Весьма скоро это станет главной проблемой».

Ни Сбербанк, ни ВТБ не ответили на запрос о комментариях.

Как и в случае со Сбербанком, ВТБ слишком важен для экономики, чтобы ЦБ позволил ему рухнуть, говорит Илан Стермер, банковский аналитик «Ренессанс капитала»: «Если он не сможет работать с Западом, ему придется переориентироваться на внутренний рынок. Может, также на азиатский – в той мере, в какой его международные операции не будут полностью заблокированы». 

читать еще

Подпишитесь на нашу рассылку