Financial Times Переводы из Financial Times
Поддержите The Moscow Times

Подписывайтесь на Русскую службу The Moscow Times в Telegram

Подписаться

Без денег, без товаров, без работы: потребители начинают ощущать последствия войны

MT

Наталья Клюева начала искать новую работу в Москве в феврале — незадолго до вторжения России в Украину и ответных санкций Запада. Спустя три месяца 46-летняя женщина обнаружила, что ее 20-летний опыт высокопрофессионального менеджера по продажам мало востребован в изменившемся из-за войны корпоративном мире.

Западные компании исчезают из страны, бизнес как будто заморожен, говорит Клюева: «Спроса нет. Если честно, я в ужасе. У меня двое детей, непогашенные кредиты, незаконченные строительные работы… а я сижу дома и варю борщ, как дура».

Ее столкновение с изменившимся рынком труда — одно из свидетельств того, как санкции и эмбарго западных компаний постепенно проникают в российскую экономику, которая начинает ощущать последствия от закрытых магазинов и развалившихся цепочек поставок.

В стране с огромным числом бюджетников, где недавно были повышены пенсии и минимальный размер оплаты труда, большинство россиян в повседневной жизни пока не почувствовало значимых изменений. Высокие доходы от экспорта нефти и газа также позволили Кремлю предложить частному сектору определенные стимулы. Безработица остается на уровне около 4%, а инфляция, подскочившая в апреле до 17,8%, стала замедляться.

«Цены на продукты выросли, да, но, в целом, мало что изменилось», — говорит экономист Татьяна Михайлова. Если не включать телевизор, «вполне может сложиться впечатление, что вообще ничего не происходит», и из-за этого ситуация выглядит «абсурдной», по ее мнению.

Тем не менее целый ряд показателей указывает на то, что изменения уже начались.

Один — ситуация с вакансиями. По данным HeadHunter, число объявлений о них упало в апреле на 28% по сравнению с февралем. При этом поиск специалистов в области маркетинга, PR, управления персоналом, менеджмента и банковского дела сократился на 40–55%. «На рынке сейчас так много высококвалифицированных специалистов. Конкуренция за должность просто запредельная», – говорит Клюева.

Экономисты прогнозируют ухудшение ситуации. Число находящихся в неоплачиваемом отпуске выросло с 44 000 в начале марта до 138 000 к середине мая, по данным правительства, также выросло число работников, переведенных на неполный рабочий день.

Пожалуй, лучше всего изменения заметны в торговых кварталах и центрах. В крупных ТЦ Москвы магазины иностранных брендов занимают около 40% торговых площадей, по данным консалтинговой компании в сфере коммерческой недвижимости ILM. Многие из них сейчас не работают. По оценке Knight Frank Russia, в московских торговых центрах сейчас закрыто около 15-20% магазинов.

К концу года в столице может опустеть до 20% всех офисных площадей, по оценке ILM, в основном из-за ухода западных компаний.

Персональный стилист из Волгограда Мара Канакина была шокирована, посетив Москву на прошлой неделе: «Я шла по Столешникову переулку [где расположены самые модные бутики], почти все было закрыто». Канакина и сама пострадала от пропажи импортных изделий. Она поставляла одежду и аксессуары от иностранных модельеров и западных брендов клиентам по всей России, но в день вторжения «вся Европа закрылась».

Поставщики перестали работаться с российскими клиентами. Из-за ухода Visa и Mastercard Канакина больше не могла расплачиваться картами. Вся логистика развалилась. «Я билась головой о стену так сильно, что пробила в ней дыру», — говорит она.

Теперь она ищет посредников в Грузии и Казахстане, чтобы заказывать и получать западные брендовые вещи. Себя она называет «санкционной феей»: «Я знаю, что могу достать все, но потребуется время и терпение».

Отсутствие зарубежных товаров влияет на потребительские привычки и в других областях. Импортное вино в 2021 г. составляло 40% российского рынка, или 370 млн л. Сейчас винные полки выглядят более пустыми, говорит Михайлова.

Рухнул импорт смартфонов, поскольку лидеры рынка Samsung и Apple прекратили поставки. Зато в I квартале на 43% вырос импорт кнопочных телефонов.

На сколько в общей сложности упал импорт, сказать сложно, потому что правительство перестало публиковать статистику.

Однако по расчетам экономистов Института международных финансов, которые проанализировали данные 20 стран — крупнейших торговых партнеров России, сокращение в апреле составило 50% по сравнению с тем же месяцем 2021 г.

О масштабах снижения потребления и экономической активности также свидетельствуют данные о сборах НДС. По информации Министерства финансов, в апреле поступления НДС упали на 54% в годовом исчислении.

«Это только первые, незначительные изменения», — говорит Михайлова. Экономисты ожидают падения ВВП в этом году примерно на 10% и рост безработицы к осени более чем в два раза.

Складывающаяся ситуация заставляет людей сокращать необязательные расходы. Так, по данным рекрутинговой платформы SuperJob, 35% россиян говорят, что не могут позволить себе взять недельный отпуск в этом году (в прошлом году — 30%).

С проблемами столкнулась и маркетолог Мария Барабанова. Она отвечала в России за продажи продукции немецкой компании, специализирующейся на технологиях красоты. Но с начала мая 37-летняя женщина ищет новую работу — потому что продавать ей больше нечего:

Импорта, к сожалению, больше нет. Наши московские выставки отменены... У нас нет оборудования для демонстрации.

читать еще