Financial Times Переводы из Financial Times
Поддержите The Moscow Times

Подписывайтесь на Русскую службу The Moscow Times в Telegram

Подписаться

«В холодной камере без канализации». Петербурженку уже месяц держат в СИЗО за расклейку антивоенных листовок

Добиваться горячих обедов для Саши Скочиленко пришлось через омбудсмена.
ovd.news

Из-за четырех антивоенных листовок, которые наклеила в супермаркете художница Саша Скочиленко, ее держат в СИЗО уже почти месяц. Ей угрожает уголовный срок от 5 до 10 лет. За этот месяц Саша стала для многих символом антивоенного протеста, хотя никогда не была политической активисткой.

Саша — художница, которая превращает в творческий процесс любой жизненный опыт, с которым сталкивается, будь это жизнь в коммуналке, токсичные отношения или даже тяжелая депрессия.

Я всегда считала Сашу своей единомышленницей в ее стремлении делать мир лучше, или как минимум пригоднее для нестандартно мыслящих людей. Она создавала сообщества, в которых людей принимали вместе с их особенностями, не осуждали за психические проблемы или гендерную идентичность. Создавала пространства для творческого самовыражения, не ограниченного критикой и жесткими правилами — какими были ее музыкальные джемы.

И вот в один день ее свободный мир сжался до 18-местной камеры петербургского СИЗО #5. Она оказалась там, где контролируют каждый шаг, где здоровье и даже жизнь зависят от нескольких случайных людей и сотни абсурдных правил. Например, Саше запретили получать от друзей молочные продукты и полуфабрикаты, которые можно заварить в горячей воде.

Абсурдный арест и заключение быстро превратились в жестокое испытание на прочность.

Несколько недель Саша голодала: правила СИЗО не позволяли обеспечить необходимое для ее здоровья безглютеновое питание. Девушка постоянно мерзла и не высыпалась в перенаселенной холодной камере с ведром вместо канализации.

Несколько соседок невзлюбили Сашу и еще больше осложнили ее жизнь придирками и издевательствами. Лишь через месяц после ареста, после личного обращения главы Совета по правам человека Валерия Фадеева, Саше организовали горячие обеды. Но и его вмешательства оказалось недостаточно, чтобы решить даже базовые бытовые проблемы. Например, до сих пор Саше не дают обезболивающих, хотя она страдает от сильной зубной боли.

Удивительно, что даже в таких невыносимых условиях Саша не перестает быть собой. Когда ее после многочисленных жалоб перевели в более приличную двухместную камеру, Саша обратилась к руководству СИЗО с просьбой улучшить условия жизни тех 17 женщин, которые остались в холодной камере без канализации. И в этом вся она: где бы Саша ни оказывалась, она всегда видит несправедливость и страдания других людей и старается как-то это исправить.

Эпоха «спецоперации» запомнится тем, что она пробудила во многих самые темные черты — склонность к насилию, лживость. Мстительность, которая вылилась в сотни доносов, по одному из которых и арестовали Сашу. Но в то же время в других людях катастрофа высветила их лучшие качества — стремление помогать пострадавшим, бескорыстно делиться тем, что у них есть.

После ареста Саши Скочиленко вокруг нее сформировалось целое сообщество волонтеров, многие из которых не были раньше знакомы и даже не знали Сашу лично. Это музыканты, журналисты и художники которые за месяц сделали дело Скочиленко одним из самых известных в стране. Петицию в защиту Саши на девяти языках подписали 115 тысяч человек. 

Ребята сверстали подробный сайт о преследовании Саши на русском и английском, запустили флешмоб с видеообращениями в ее поддержку, провели вечера стихов и музыки для сбора средств на практическую помощь. Сейчас команда поддержки (то есть мы, конечно, потому что я тоже ее участница) решает, как исполнить давнюю Сашину мечту — опубликовать ее знаменитые комиксы о депрессии, мании и тревоге в виде полноценной цветной книги.  

Апелляция по делу Скочиленко назначена на 17 мая, и так хочется верить, что Сашу, наконец, перестанут мучить и отпустят домой, чтобы она могла рисовать комиксы и сочинять новые стихи.

Но по придуманной в марте статье о дискредитации армии РФ обвинили уже более 1200 человек, и, похоже, репрессивная машина только набирает обороты.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции The Moscow Times.

читать еще