Financial Times Переводы из Financial Times
Поддержите The Moscow Times

Подписывайтесь на Русскую службу The Moscow Times в Telegram

Подписаться

ФРС США повысила процентную ставку рекордно с 1994 года

Patrick Semansky / AP Photo / ТАСС

Федеральная резервная система США впервые с 1994 г. повысила базовую процентную ставку на 75 базисных пунктов (0,75 процентного пункта). Она стремится обуздать инфляцию, которая, как говорится в заявлении, «остается высокой, отражая дисбаланс спроса и предложения, связанные с пандемией, высокими ценами на энергоресурсы и более широким спектром ценового давления».

Ставка федерального финансирования выросла до 1,5-1,75%, и управляющие ФРС считают оправданным ее дальнейший быстрый рост.

А ведь всего две недели назад они единым фронтом выступали за повышение ставки на ранее обещанные 0,5 п. п. Но последние данные об индексе потребительских цен (в мае годовые темпы роста снова превзошли прогноз и составили 8,6% — максимум с 1981 г.) и возросшие долгосрочные инфляционные ожидания потребителей заставили регулятора изменить планы.

Что дальше

«Не стоит ожидать, что повышения на 0,75 п. п. станут обычным явлением», — сказал председатель ФРС Джером Пауэлл на пресс-конференции. На следующем заседании в конце июля возможен шаг на 0,5-0,75 п. п., ФРС нужны «убедительные доказательства» того, что инфляция замедляется, добавил он. К концу года политика должна быть слегка ограничительная, обычно таким считается уровень 3-3,5%, сказал Пауэлл.

На следующем заседании ставку повысят еще на 0,75 пункта, ожидают аналитики Deutsche Bank. Это позволит быстрее довести ее до уровня, который сможет заметно замедлить экономику и спрос к концу года. Ограничительная денежная политика необходима, чтобы укротить инфляцию, написал главный экономист по США Deutsche Bank Мэтью Луццетти:

Такой шаг также помог бы повысить доверие к ФРС, показав, что денежная политика быстро корректируется в соответствии с новой реальностью.

Управляющие опубликовали свои прогнозы уровня процентной ставки. В последнем, мартовском, прогнозе они предполагали, что она повысится до 1,9% к концу этого года и до 2,8% — в 2023 г.

Теперь они ждут, что в этом году она достигнет 3,4% (медианное значение их оценок), а в 2023 г. — 3,75%. В таком случае это будет самый агрессивный цикл ужесточения денежной политики с 1980-х гг., когда ФРС под руководством Пола Волкера стала решительно бороться с инфляцией, в 1970-е гг. исчислявшейся двузначными значениями. Побочный эффект: экономика оказалась в глубокой рецессии.

Что будет с рынками

Именно этой решимости опасались инвесторы: не только ускоренного повышения ставки, но и до более высокого ее итогового уровня. Во вторник рынок процентных фьючерсов показывал 89%-ную вероятность того, что к июню 2023 г. ставка будет около 4% или выше; всего четыре недели назад такая вероятность оценивалась в 1% (данные CME Group).

Повышением ставки дело не ограничивается. В дополнение ФРС с июня начала сокращать баланс, который в результате многолетнего денежного стимулирования раздулся почти до $9 трлн — в 10 раз больше, чем перед кризисом 2008 г. Центробанк перестает вкладывать средства, полученные от погашения облигаций, в новые бумаги. Хотя эта мера была давно анонсирована, ее реализация совпала с резким ухудшением настроений на рынках акций и облигаций.

«ФРС была на рынках крупным покупателем и стабилизирующим фактором. Его потеря, с учетом неопределенности относительно инфляции и экономического роста, означает, что волатильность на рынке ставок будет высокой, гораздо выше, чем мы наблюдали в последние два года», — рассуждает Рик Ридер, директор по инвестициям на рынках облигаций BlackRock.

Дополнительное сокращение ликвидности, изобилие которой стимулировало почти безостановочный рост котировок с кризисных минимумов 2009 г., – плохой фактор для рыночных ожиданий.

В начале этой недели индекс S& P 500 ушел на «медвежью» территорию, то есть снизился более чем на 20% с пика в начале года. Доходность 2-летних казначейских облигаций подскочила с 2,7% на прошлой неделе до 3,4%, а 10-летних — почти на 0,5 п. п. до 3,5%. В результате разница между их доходностями снова приблизилась к нулю. В этом году кривая доходности уже инвертировалась (то есть доходность долгосрочных бондов оказывалась ниже доходности краткосрочных), а это обычно предшествует рецессии в экономике США — правда, с разным временным лагом.

68% университетских экономистов ожидают наступления рецессии в 2023 г. (38% — в первом полугодии, 30% — во втором), показал недавний опрос, проведенный Financial Times.

Непоследовательность в действиях ФРС, порожденная чрезмерным ростом цен, способна усилить нестабильность на рынках, полагает Кришна Гуха, заместитель председателя совета директоров Evercore ISI. Решение о повышении ставки на 0,75 п. п. не заложено в стратегию центробанка и может выглядеть, как паническая реакция, написал он в отчете во вторник. Это может вызвать «серьезную проблему на следующее утро», когда инвесторы на свежую голову начнут искать ответы на вопрос, что же ФРС будет делать дальше, и найти их будет трудно, считает Гуха.

ФРС в сложном положении, соглашается Адам Кобейсси, издатель инвестиционного бюллетеня The Kobeissi Letter. В начале июня он написал, что очередная попытка инвесторов «купить на коррекции» может оказаться неудачной. Индекс S& P 500 после падения в мае почти до 3800 пунктов поднялся до 4180, но с 9 июня начался обвал — до 3700 пунктов.

После решения в среду возможны два сценария, говорил Кобейсси MarketWatch:

  • ФРС агрессивно повышает ставку, и рынки падают на опасениях рецессии;
  • ФРС сдерживает агрессивный тон, и рынки падают на опасениях инфляции.

Но пока появление хоть какой-то определенности рынкам понравилось. Индексы S& P 500 и Nasdaq Composite, которые перед объявлением ФРС росли на 1% и 1,6%, через 50 минут после него прибавляли уже 2% и 3% соответственно.

Однако директор по инвестициям Morgan Stanley Майк Уилсон, который зимой точно предсказал пик фондового рынка, все же считает: S&P 500 должен упасть до 3400 пунктов (перед объявлением ФРС составлял 3770), чтобы сделать акции более привлекательными. Уровень в 3400 пунктов – это максимум, достигнутый до пандемии в конце 2019 г.

Дно на медвежьем рынке не достигается, пока не пройдут панические распродажи, похожие на те, что наблюдались после обвала технологических акций в 2000–2002 гг. и в начале пандемии в 2020 г., а таких пока не наблюдается, добавил Кобейсси.

читать еще