Financial Times Переводы из Financial Times
Поддержите The Moscow Times

Подписывайтесь на Русскую службу The Moscow Times в Telegram

Подписаться

Россия может начать закупки металлов в госрезерв, чтобы остановить катастрофу в отрасли

Игорь Иванко / Коммерсантъ

Сегодняшнему совещанию у президента по вопросам развития металлургического комплекса, пожалуй, больше подошло бы название «о предотвращении катастрофы в отрасли». Ее состояние, суда по описанию новоявленного вице-премьера, главы Минпромторга Дениса Мантурова (здесь и далее цитаты по «Интерфаксу»), напоминает глубокое пике.

🔷 Экспорт во II квартале сократился примерно на 20%. 

🔷 Существенный спад внутреннего потребления. 

🔷 Загрузка мощностей отрасли в среднем 80% (было 93%).

🔷 Из-за европейского эмбарго приходится искать других покупателей. «На новых для нас рынках металлурги вынуждены искать место и работать с дисконтом».

🔷 Мировые цены на сталь упали.

🔷 При текущем курсе рубля внешние поставки малорентабельны. Это важно: металлурги экспортировали примерно 40% продукции.

Еще одну на проблему чуть раньше указал владелец «Северстали» Алексей Мордашов: резко подорожала логистика. 

Результат: в июне–июле ряд компаний работали с отрицательной рентабельностью. По словам Мантурова, это касается НЛМК, ММК и ряда компаний поменьше. Основной владелец и НЛМК Владимир Лисин недавно объяснял:

Нам фактически для поддержания собственного производства на достойном уровне необходимо как минимум 15% рентабельности. 

Сложнее других, по словам Мантурова, приходится «Магнитке»: ее загрузка составила 62%, у «Северстали» — 72%. Они выпускают преимущественно листовой прокат, по нему и наблюдается наибольшее сжатие спроса, объяснил.

Переход на резервное питание

Мантуров видит выход в закупке продукции металлургических компаний в госрезерв: это поддержало бы спрос, а когда цены будут расти, можно будет проводить интервенции и продавать часть купленного. Кроме того, сформированные таким образом запасы можно будет использовать «в случае нехватки продукции металлургических заводов Донбасса для восстановления инфраструктуры региона».

Год назад эту идею отвергли. Это технически очень сложно, говорил первый вице-премьер Андрей Белоусов: «Это очень большая номенклатура, металл долго не хранится. Он имеет свойство терять прочностные качества. Как это все технически сделать, мне не очень понятно».

Что если не госзакупки

Во-первых, мантра последнего времени — стимулирование внутреннего спроса. Об этом сегодня сказал Путин. Оно, по словам Мантурова, включено в обновленную стратегию развития металлургии до 2030 года: «Способствовать этому должно восстановление темпов жилищного строительства и расширение использования в стройке металлоконструкций. Минстрой с Минпромторгом разработали план мероприятий по стимулированию возведения модульного жилья на металлокаркасе. <…> Мы рассчитываем, до 30% массового жилищного строительства к 2030 году».

Кроме строительства жилья есть еще программа модернизации ЖКХ и инфраструктурные мегапроекты: расширение БАМа, строительство автомагистралей и нефтегазопроводов, в основном в направлении АТР, перечислил Мантуров.

Еще одна просьба — снизить введенные недавно налоги. «Сверхдоходов», которые еще недавно так дразнили Белоусова, больше нет, а выплаты остались. «Необходимо снизить фискальную нагрузку для компаний черной металлургии, скорректировав акциз на жидкую сталь, а также пересмотреть НДПИ на железную руду и уголь», — призвал Мантуров. Акциз на сталь, по его словам, в нынешних условиях стал налогом не на доходы, а оборотным налогом, а НДПИ надо привязать к конкретным компаниям: «Горнорудные предприятия сейчас также под давлением. <…> Михайловский ГОК остался практически без рынков сбыта». Путин сказал лишь, что вопрос налогообложения отрасли в последние дни обсуждался с администрацией и правительством.

Получить комментарий Минфина пока не удалось. Замминистра Алексей Сазанов отмечал в июне, что министерство не готово отменять налог и будет смотреть в первую очередь на рентабельность металлургов: «Это был долгосрочный источник формирования доходов бюджета. Поэтому отказываться от этого источника мы в принципе не готовы. При этом понятно, что за последние месяцы конъюнктура рынка изменилась, увеличились транспортные расходы, укрепление рубля, <…> себестоимость у металлургов выросла». 

Мордашов, как глава ассоциации «Русская сталь», добивается снижения транспортных издержек. В конце июля он попросил правительство отменить для отрасли 8%-ную экспортную надбавку к тарифам РЖД и, наоборот, срочно дать металлургическим компаниям индивидуальные скидки. Из-за стоимости перевозок сложилась «критическая ситуация» с экспортом, цитирует письмо Мордашова РБК: их доля в конечной стоимости продукции с примерно 7% весной подскочила в среднем до 15% в июле, а на Дальний Восток — 23%.

Лисин недавно назвал экспорт «почти бессмысленным»: «Часть экспорта накрылась для нас, азиатские направления, в частности Китай, довольно сложные с точки зрения логистики и стоимости фрахта. В Китае профицит стального производства, поэтому мы поставляем им продукцию на уровне себестоимости».

Также правительство готовит соглашение с Турцией. Россия, по словам Мантурова, рассчитывает на снижение импортных пошлин на российскую металлопродукцию — это поможет выйти на новый рынок.

Что если не господдержка

Эффекты санкций только начали проявляться, Цикл инвестпрограмм в отрасли будет заморожен в течение 2022 года, а металлурги начнут испытывать реальное давление от санкций ближе ко второй половине года, писали аналитики ПСБ в записке с говорящим названием «Темные времена черного металла». Лисин говорил:

«Сейчас уже июль месяц — фактически миллион тонн [производства] потеряли только мы. А это значит, от 30% до 50% [по итогам года] вся российская металлургия потеряет».

читать еще

Подпишитесь на нашу рассылку