Financial Times Переводы из Financial Times
Поддержите The Moscow Times

Подписывайтесь на Русскую службу The Moscow Times в Telegram

Подписаться

Financial Times

Запрет страховать танкеры ударит по нефтяному экспорту России

Штаб-квартира Lloyd's, Лондон. Michal GADEK / unsplash

Недавно премьер-министр Великобритании Борис Джонсон попал в заголовки новостей, отправившись в Киев, чтобы продемонстрировать солидарность с Владимиром Зеленским. Но если Джонсон действительно хочет поддержать Украину, ему следовало бы нанести визит в место поближе — штаб-квартиру Lloyd’s, крупнейшего в мире страхового рынка, в лондонском Сити.

Пока что при обсуждении санкций против России страховая отрасль не привлекала столько внимания, сколько банковская. Это и неудивительно: большинство политиков (и избирателей) имеют слабое представление о сложной, но крайне важной роли этого сектора в финансах и торговле.

Но сейчас страхование приобретает особое значение. Если британское правительство вместе с коллегами из ЕС и США потребует от страховых компаний прекратить защиту танкеров с российской нефтью, это станет еще одним мощным оружием в стремлении Запада ограничить финансовые потоки Москвы.

В последние недели растущее возмущение российской агрессией побудило некоторые западные компании, такие как Shell, отказаться от операций с российской нефтью. США и Великобритания также ввели нефтяное эмбарго, хотя оно имеет в основном символическое значение, так как эти страны приобретают мало нефти у России. Но это не остановило экспорт. Как отмечают в недавней работе экономисты Анетт Хосой и Саймон Джонсон, «в феврале и марте объем поставок российской нефти танкерами составлял чуть более 3 млн баррелей в сутки, но в первые 17 дней апреля он превысил 4 млн баррелей».

Отчасти это объясняется тем, что ЕС не ввел эмбарго на поставки нефти и газа. В начале апреля верховный представитель ЕС по иностранным делам Жозеп Боррель даже посетовал: «С начала войны мы дали [Владимиру Путину] 35 млрд евро по сравнению с 1 млрд евро, который мы дали на вооружение Украины».

Кроме того, российскую нефть активно скупают такие страны, как Китай и Индия. Последняя с начала войны увеличила ее импорт в пять раз, отмечает Флориан Талер, сооснователь аналитической компании OilX. Это помогает объяснить неожиданное укрепление рубля. Эмбарго со стороны ЕС, которое еще может быть введено (хотя этот вопрос и вызывает острые споры), ограничит экспортные доходы России, но не остановит другие страны от наращивания собственных закупок.

Другой вариант — обратить внимание на танкеры, которые сейчас, по словам Талера, перевозят примерно три четверти всего российского экспорта (и почти всю нефть, которая поступает в Индию). От танкеров сильно зависит и Китай, несмотря на два трубопровода из России. По данным Института международных финансов, более половины поставок в последнее время осуществляли танкеры греческих компаний. Большинство остальных ходит под российскими, китайскими, скандинавскими и сингапурскими флагами.

Правительства западных стран могли бы запретить судам ЕС работать с российской нефтью. Но более эффективной мерой, которая повлияет и на суда других стран, стал бы запрет британского правительства синдикатам Lloyd’s страховать суда, перевозящие российскую нефть; Великобритания, ЕС и США также могут запретить страхование имущества и убытков.

Это не остановит все перевозки, поскольку «всегда есть те, кто плавает без страховки», сказал на прошлой неделе британским политикам Нил Робертс, директор по страхованию морских и авиационных перевозок Lloyds Markets Association. История с Ираном показывает, как изобретательные торговцы могут использовать остающиеся лазейки. Но большинство стран не захотят иметь дело с незастрахованными судами, и судоходным компаниям будет трудно быстро найти альтернативное покрытие. По словам Робертса, 95% кораблей мирового флота использует страхование имущества и убытков, а Лондон обеспечивает 80% страхования от военных рисков.

Будет ли использован такой инструмент? Пока неясно. Во многих случаях уже действуют самосанкции при заключении новых договоров страхования. Но страховые компании утверждают, что не могут законно прекратить действующие договоры без прямого распоряжения правительства, и жалуются на неопределенность ситуации. «Можно провести параллель с Италией в 1935 г. [после ее вторжения в Абиссинию], когда против государства-агрессора были введены санкции. Но возникла путаница относительно того, будут ли действовать санкции против нефти, и поэтому они оказались несостоятельны», — пояснил Робертс, выступая в британском парламенте.

Руководители страховых компаний тихо лоббируют протест против применения столь жесткой меры, опасаясь, что это повредит статусу Сити. Возможно. Но реальность такова, что если экспорт энергоносителей из России не сократить, путинская казна продолжит пополняться. И хотя эмбарго ЕС, будучи введено, по ней все-таки ударит, оно не станет всеобъемлющим.

По этой причине западным лидерам, таким как Джонсон, следует обратить пристальное внимание на страховое оружие — даже если история с Lloyd’s и договорами страхования имущества и убытков не так выигрышно смотрится по телевизору, как прогулка по Киеву с Зеленским.
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции The Moscow Times.

читать еще