Financial Times Переводы из Financial Times
Поддержите The Moscow Times

Подписывайтесь на Русскую службу The Moscow Times в Telegram

Подписаться

«Зимняя стратегия» Путина и «летняя стратегия» НАТО: почему война входит в самую опасную фазу

Задача Путина — затянуть войну, чтобы на его стороне сыграли мировой продовольственный и энергетический кризисы. Задача НАТО — ослабить его прямо сейчас настолько, чтобы заставить пойти на уступки.
Минобороны РФ / ТАСС

Пытаясь объяснить недавние успехи в действиях российской армии на Украине, некоторые украинские официальные лица говорят: «Все тупые русские уже мертвы». Это двусмысленный комплимент, означающий, что россияне, наконец, нашли более эффективный способ вести эту войну после некомпетентного раннего выступления, в результате которого были убиты тысячи их военных.

Война в Украине, похоже, превратилась в изматывающую схватку на истощение — когда Россия в основном отступает и просто обстреливает украинские города на востоке, превращая их в руины, а затем продвигается вперед. Это может навести вас на мысль, что худшее в этом конфликте — позади.

Но вы будете неправы.

Я уверен, что война в Украине вот-вот вступит в новую фазу. Моя уверенность основана на следующем факте: пусть многие российские солдаты и генералы мертвы, но и верные союзники Украины по НАТО устали. Эта война уже привела к огромному скачку цен на природный газ, бензин и продукты питания в Европе, и если она затянется до зимы, многим семьям в Европейском союзе, возможно, придется выбирать между отоплением и едой.

Новая фаза войны — это то, что я называю «зимней стратегией» Владимира Путина.

Очевидно, что Путин готов и дальше продвигаться вперед в Украине в надежде, что стремительно растущие цены на энергию и еду в Европе в конечном итоге разрушат альянс НАТО. Его ставка такова: если средние температуры в Европе будут ниже нормы, а цены — выше, и если отключения электроэнергии станут широко распространенными, велика вероятность того, что европейские члены НАТО начнут давить на президента Украины Владимира Зеленского, чтобы тот заключил сделку с Россией — любую сделку, — чтобы прекратить боевые действия.

Так что Путин наверняка говорит своим измученным войскам и генералам: «Просто доведите меня до Рождества. Зима — наш друг».

Это не безумная стратегия. Как сообщил на прошлой неделе журналист The Times Джим Тэнкерсли: «Чиновники Белого дома опасаются, что новый раунд европейских санкций, направленных на сдерживание потока российской нефти, к концу года может привести к новому взлету цен на энергоносители, ударив по уже осажденным потребителям и экономике США и других стран. Эта цепь событий может усугубить и без того серьезный продовольственный кризис, от которого страдают страны по всему миру».

Усилия НАТО и ЕС по сдерживанию экспорта российской нефти в Европу, добавлялось в статье, «могут привести к резкому росту цен на нефть до 200 долларов за баррель или выше, в результате чего американцы будут платить 7 долларов за галлон бензина». Бензин по 9–10 долларов за галлон уже не редкость в Европе, где цены на природный газ выросли «примерно на 700 процентов», сообщает Bloomberg, «с начала прошлого года, подтолкнув континент на грань рецессии».

Между тем официальные лица НАТО, США и Украины уверенно говорят себе: «Да, зима — наш враг. Но лето и осень могут быть нашими друзьями: если мы прямо сейчас сможем нанести реальный урон уставшей армии Путина, то он как минимум согласится на прекращение огня».

И это тоже не безумная стратегия. Путин, может быть, и добивается определенных успехов на востоке Украины, но очень дорогой ценой.

Многочисленные военные анализы показывают, что менее чем за пять месяцев в России погибло как минимум 15 000 солдат — ошеломляющая цифра. Раненых, вероятно, вдвое больше. В металлолом сдано более 1000 российских танков и артиллерийских орудий.

Официальные лица США говорят, что у Путина сейчас недостаточно войск, чтобы попытаться вырваться из восточной Украины и захватить одесский порт, чтобы оставить Украину без выхода к морю и задушить ее экономику.

Как сообщил в эти выходные корреспондент The Times Нил Макфаркуар, Путину отчаянно нужны дополнительные силы просто для того, чтобы сохранить динамику на востоке, и он уже проводит «скрытную мобилизацию», чтобы отправить больше людей на фронт, «не прибегая к политически рискованному общенациональному призыву». Чтобы компенсировать нехватку кадров, Кремль полагается на комбинацию обедневших этнических меньшинств, украинцев с сепаратистских территорий, наемников и военизированных подразделений Национальной гвардии, а также обещает большие денежные поощрения для добровольцев.

Путин не хочет объявлять массовый призыв, потому что это может показать его народу, что то, что он назвал просто «специальной военной операцией», — на самом деле не только намного масштабнее, но и идет гораздо хуже.

НАТО явно надеется, что украинская армия сможет использовать новые артиллерийские реактивные системы M142 или HIMARS, которые США передали Киеву, чтобы причинить значительно больше смертей и разрушений российским силам в Украине летом и осенью. Если это так, продвижение Путина может не только застопориться, но даже ослабнуть, и российский президент может почувствовать себя вынужденным согласиться на прекращение огня, большой обмен пленными, гуманитарную эвакуацию и улучшение условий для украинского экспорта продовольствия — все это поможет снизить рост цен и, как мы надеемся, снизить давление со стороны европейских союзников Украины, требующих заключить любую сделку с Путиным.

Нет никаких признаков того, что Путин готов заключить окончательное мирное соглашение, но, возможно, удастся подтолкнуть его к такому прекращению огня, которое могло бы облегчить ситуацию на энергетических и продовольственных рынках.

Так что по всем этим причинам я бы сказал, что война в Украине вот-вот вступит в свою самую опасную фазу с момента вторжения русских в феврале: «зимняя стратегия» Путина противоречит «летней стратегии» НАТО.

Неудивительно, что вице-премьер Украины Ирина Верещук призвала жителей удерживаемых Россией территорий на юге срочно эвакуироваться, чтобы русские не могли использовать их в качестве живого щита во время ожидаемого украинского контрнаступления. «Вам нужно найти способ уйти, потому что наши вооруженные силы идут для деоккупации», — сказала она. 

Увы, неизвестно, что может сделать Путин, если его силы снова застопорятся или потеряют позиции. Это может сделать его более склонным к прекращению огня. Но это также может вынудить его провести национальную мобилизацию, чтобы ввести в бой дополнительные войска.

Я уверен только в одном: эта война в Украине не закончится — действительно не закончится — до тех пор, пока Путин находится у власти в Москве. Это не призыв свергнуть его: это решать россиянам.

Но это всегда была война Путина. Он лично задумал это, спланировал, направил и обосновал. Для него невозможно представить Россию великой державой без Украины. Так что заставить Путина прекратить, думаю, возможно, но только на время.

Эта война так далека от завершения, что я даже не вижу возможного финала на горизонте. 

Материал впервые опубликован в The New York Times.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции The Moscow Times.

читать еще

Подпишитесь на нашу рассылку