Financial Times Переводы из Financial Times
Поддержите The Moscow Times

Подписывайтесь на Русскую службу The Moscow Times в Telegram

Подписаться

«Россия — военная держава даже не второго порядка». Группировка для вторжения в реальности оказалась вдвое меньше заявленной

Сожженный российский танк под Харьковом armyinform.com.ua

Российская военная мощь, которой Владимир Путин неоднократно публично хвастался в последние годы, рассказывая об уникальных суперсовременных видах вооружений, во многом оказалась фикцией.

90 000 вместо 200 000

До начавшегося полгода назад вторжения в Украину руководителям России и военным удавалось вводить в заблуждение даже своего главного противника — США. Председатель комитета начальников штабов Марк Милли предупреждал Конгресс, что Киев может быть захвачен в течение 72 часов после начала войны. В Кремле, правда, тоже в это верили и делали на это ставку.

Киев должен был пасть в результате захвата аэропорта «Антонов» в Гостомеле, городе недалеко от столицы, российскими воздушными десантниками. Сотрудники ФСБ должны были обеспечить смену власти, а колонна бронетехники, вторгнувшаяся из Беларуси, — закрепить успех.

Но десантников в Гостомеле ждали: украинские спецслужбы знали об их контактах с ФСБ и подготовке операции. Во что украинская разведка не могла поверить, так это в начало полномасштабной войны, — видя неподготовленность российской армии, судя по недавней публикации The Washington Post, которая ознакомилась с многочисленными материалами о деятельности ФСБ. Одним из ярких символов этой неподготовленности стала та самая колонна: танки и прочие бронемашины растянулись по шоссе на 60 км, становясь легкой мишенью, застревая на обочинах, останавливаясь от нехватки топлива. Солдаты не были обеспечены едой и теплым обмундированием.

Перед началом войны западные спецслужбы сообщали, что Россия сформировала у украинских границ контингент в 150 000-200 000 военнослужащих. Но и это, по-видимому, было фикцией. Возможно, такова была номинальная численность подразделений, но они были недоукомплектованы, судя по воспоминаниям младшего сержанта Павла Филатьева, который провел на войне два месяца, а потом покинул Россию:

Наши великие реформаторы решили создать, как нам говорили, Ночной-Эксперементальный-Десантно-Штурмовой батальон, посадив весь батальон на обычные уазики, не бронированные! Так вот, именно так мой 2ДШБ и отправили на войну. Забыл еще упомянуть, что батальон состоит из трех рот, моя рота выехала на войну в составе около 45 человек, а две другие — по 60 человек, и тот десантно-штурмовой батальон, состоящий из 165 штурмовиков, гениально, ну, в принципе, что это я, на отчетах все получше выглядит, ведь батальон — это порядка 500 человек, именно так же на отчетах была и численность войск вокруг Украины около 200-х тысяч.

Теперь эксперты подтверждают рассказ Филатьева. Лишь после начала войны стало понятно, что доклады российского военного руководства о численности подразделений были завышены, говорит Майкл Кофман, директор по российским исследованиям вашингтонского аналитического центра CNA. По его словам, оценки российского контингента базировались на численности батальонно-тактических групп (БТГ), имеющих в своем составе артиллерию, ПВО, службы снабжения, около 50 танков и бронемашин; в них, как считалось, было 700-900 военнослужащих. На основании этого делался вывод, что к вторжению готова 150-тысячная группировка.

В реальности в БТГ было 600 человек или менее, то есть на самом деле группировка составляла около 90 000 военнослужащих, оценивает теперь Кофман.

Нехватка касалась в основном пехоты, поэтому российские войска «фактически отправились на войну, но в бронемашинах никого не было», сказал недавно Кофман в подкасте Института современных войн.

Чтобы все дрожали, чтобы уважали?

Неудачи России заставляют многих переоценивать ее в том числе военные возможности. Это касается и политиков, и военных, и покупателей вооружений. На недавнем форуме «Армия-2022» «Рособоронэкспорт» заключил лишь два контракта на $390 млн — против 20 на 2 млрд евро годом ранее.

По мнению президента Wilson Center и бывшего посла Марка Грина, война нанесла «огромный удар» по репутации российских поставщиков:

Я не думаю, что какая-либо страна, увидев, как примитивные русские бомбы взрывают здания, скажет: да, это то, что нам надо.

Одна из задач, которой Владимир Путин объяснял «специальную военную операцию» в Украине, — не допустить расширения НАТО на восток. Но в результате начатой им войны в альянс решили вступить прежде нейтральные Швеция и Финляндия.

И боятся Россию сейчас, возможно, даже меньше, а не больше (если не считать ядерного оружия). Премьер-министр Эстонии Кая Каллас сказала недавно шведской газете Blick, что не видит угрозы от России. Между тем в июне Путин, говоря о необходимости вернуть потерянные земли, назвал и эстонский город Нарву. «А Россия готова к этому?» — спрашивает Каллас.

«С военной точки зрения Россия не ровня Соединенным Штатам» или даже менее крупным странам НАТО, сказал Bloomberg Филипс О’Брайен, профессор стратегических исследований Университета Сент-Эндрюс в Шотландии. О’Брайен был одним из немногих западных экспертов, еще до войны считавших, что Россия завязнет в Украине, отмечает издание. По мнению О’Брайена, война показала, что

Россия не может проводить сложных операций, как это могут делать британцы, французы или израильтяне, так что в этом смысле она военная держава даже не второго порядка.

Российские войска даже не могут противостоять 20 установкам ракетного залпового огня HIMARS, которые были разработаны в США в 1980-е гг. и которые украинцы используют для уничтожения складов боеприпасов и путей снабжения далеко за линией фронта, указывает О’Брайен. «У США таких 540. Россия даже не в этой лиге», — говорит он.

«Они копают, копают, копают»

Однако эксперты и украинские военные осторожны в своих оценках дальнейших событий. На фронте сложилась патовая ситуация, которая может затянуться до зимы, — таков основной лейтмотив прогнозов.

Российские войска укрепляются на захваченных позициях, готовясь к зиме, рассказал Financial Times украинский военнослужащий с позывным Тайсон, который с первого дня войны управляет беспилотниками-разведчиками. «Целыми днями они копают, копают, копают», — говорит он.

Справиться с окопавшимися войсками будет сложнее, «враг быстро учится», говорит Тайсон:

Разница между тем, что мы видели вначале, и тем, что видим сейчас, — как между ночью и днем.

Ни одна из сторон не готова уступать и не хочет вести мирные переговоры. «Президент Путин говорит, что все идет по плану. Я очень на это надеюсь», — сказал FT на прошлой неделе постоянный представитель РФ при отделении ООН в Женеве.

В свою очередь, 98% украинцев верят в победу в войне с Россией и 91% одобряет действия Владимира Зеленского, согласно недавнему опросу группы «Рейтинг».

«США дают нам достаточно [оружия], чтобы остановить продвижение России и вернуть некоторые территории, осуществлять оперативное руководство в соответствии с нашими планами, но абсолютно недостаточно для полномасштабного контрнаступления», — говорит бывший министр обороны Украины Андрей Загороднюк.

С помощью дальней артиллерии и беспилотников украинцы научились наносить удары по территориям, находящимся далеко за линией фронта, а в последнее время — и по Крыму. Это показывает, что инициатива переходит к Украине, а российское наступление в Донбассе полностью остановилось, война входит в новую фазу, цитирует The Wall Street Journal высокопоставленного представителя Пентагона.

«Украина получила стратегическую инициативу, — подтверждает Франсуа Хейсбург, бывший французский чиновник и специальный советник парижского Фонда стратегических исследований. Но добавляет: «Но мы пока не знаем, что они могут с ней сделать».

Контрнаступление на юге будет вестись не по всему фронту, скорее украинцы будут использовать тактику, опробованную под Киевом, — подрывать тыловое обеспечение и, таким образом, — способность России воевать. Об этом в интервью WSJ сказал Михаил Подоляк, советник главы офиса Зеленского:

Русским нужны боеприпасы, топливо и полевые штабы неподалеку от линии фронта. Мы уничтожаем топливо и боеприпасы, потом они приходят в замешательство, потому что полевого штаба нет, — вот вам уже деморализованная армия. Затем атакуешь и раскалываешь их. Это сработало при обороне Киева, так же сработает и в контрнаступлении.

читать еще

Подпишитесь на нашу рассылку