Financial Times Переводы из Financial Times
Поддержите The Moscow Times

Подписывайтесь на Русскую службу The Moscow Times в Telegram

Подписаться

«Преступники или заложники». Что Россия требует в обмен на осужденных в стране иностранных граждан

Практика взаимных обменов арестованными или осужденными — давняя традиция соперничающих государств. Но в последние годы такой обмен больше напоминает шантаж со стороны России.
Американская баскетболистка Бриттни Грайнер в Химкинском суде Софья Сандурская / Агентство «Москва»

В последние недели в США оживилась дискуссия о признании России страной-спонсором терроризма: конгрессмены даже приняли не имеющую силы закона резолюцию на этот счёт, на что госсекретарь Блинкен ответил, что санкции в отношении нашей страны сейчас превосходят те, которые обычно вводятся в отношении попавших в список таких спонсоров государств (и это совершенно верно). Однако каким бы ни было формальное отношение к России, она дала ещё один серьёзный повод говорить о себе как о стране-террористе.

И речь даже не о событиях в Украине или Сирии, на которые упирают конгрессмены, а о чём-то более банальном.

Как показывает ряд исследований, до 80% всех совершаемых в мире террористических актов сопровождаются взятием заложников — и, похоже, Россия становится в этом деле профессионалом.

В последнее время участились случаи арестов и задержания в России иностранных граждан по нередко надуманным обвинениям — в основном в связи с наличием у них слабых наркотиков или наркосодержащих веществ. Причем наказания оказываются несоизмеримыми с назначаемыми в их странах — в США, например, хранение марихуаны в тех штатах, где она не легализована, наказуемо штрафом, а за второй-третий случаи можно получить 15-30 дней тюрьмы. Тогда как в России израильтянка Наама Иссахар за перевозку через транзитную зону «Шереметьево» 9,6 гр гашиша была отправлена в тюрьму на 7,5  лет, a нынче американке Бриттани Грайнер грозит 10 лет за владение гашишевым маслом. То же самое касается и представителей бизнеса — пример Майкла Калви не забыт до сих пор.

Характерно, что в Москве уже практически не скрывают того, что аресты иностранцев осуществляются ради их обмена на нужных Кремлю людей. Так, Иссахар российские власти хотели обменять на известного киберпреступника Буркова, ожидавшего в Израиле экстрадиции в США (когда этого не случилось, Кремль удовлетворился передачей Александровского подворья в Иерусалиме Российскому Палестинскому обществу).

В случае с Бриттани Грайнер и Полом Уиланом Москва хочет получить не только одного из наиболее известных в мире оружейных контрабандистов Виктора Бута, но и связанного с российскими спецслужбами киллера Вадима Красикова, в 2019 году застрелившего в центре Берлина Зелимхана Хангошвили, которого российские власти сочли боевиком. В Германии Красикова осудили на пожизненное заключение.

Чем подобная практика отличается от действий палестинских или чеченских террористов, понять достаточно сложно.

Практика взаимных обменов арестованными или осужденными — давняя традиция соперничающих государств. Многие, наверное, смотрели замечательный фильм «Мост шпионов» об обмене американского лётчика Фрэнсиса Пауэрса (ему, кстати, за акт шпионажа с проникновением на военном самолёте на территорию СССР дали в 1960 году те же 10 лет, которые сейчас прокуратура требует для 32-летней баскетболистке за гашишевое масло) на знаменитого советского разведчика Вильяма Фишера, более известного как Рудольф Абель.

Но в те годы обмены были равными, и Пауэрса никто не заманивал в СССР полюбоваться на красоты Москвы, которую он собирался заснять с якобы недосягаемой для советских средств ПВО высоты. Сейчас о принципиальности давно забыли, и ради вызволения убийц, хакеров и торговцев оружием в России, похоже, готовы схватить любого, за кого родное (для них) государство готово пойти на уступки... 

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции The Moscow Times.

читать еще

Подпишитесь на нашу рассылку