Поддержите The Moscow Times

Подписывайтесь на «The Moscow Times. Мнения» в Telegram

Подписаться

Позиция автора может не совпадать с позицией редакции The Moscow Times.

О захвате Харькова. Выход из тупика

Россия очень хочет захватить Харьков, строит такие планы. Гипотетический захват Харькова можно представить как победу в войне. Он оправдает все потери и невзгоды РФ, а для Украины хуже может быть только захват Одессы с отсечением от моря и захват Киева.
Школа в харьковском метро очень четко характеризует ситуацию Снимок экрана

Но город будет организованно обороняться, и захватить Харьков теми силами, какие способна накопить РФ, невозможно. Нанести урон — да, а захватить — нет. 

Единственный шанс для россиян — подорвать волю к сопротивлению, парализовать оборону изнутри. Именно задачу подрыва обороны изнутри россияне будут решать, вынашивая планы военной операции.

Воздействовать на харьковчан

Настроения в городе — не секрет. Есть несколько очевидных групп, о которых в РФ прекрасно осведомлены.

Первая — это «ждуны». Идейные лоялисты РФ. Их сравнительно немного. Тратить на их окучивание дополнительные усилия нет смысла, они и так ментально на стороне врага. Пока живут в пассивно-спящем режиме. Часть тихонько вредит, где дотягивается. Им вполне хватает сигнала, что «Россия сосредотачивается».

Тут всё ясно — это полянка для Службы безопасности Украины.

Вторая — люди с настроем «надо что-то решать». Их число растёт. В целом лояльная Украине группа, но её основной запрос — безопасность и возможность «нормально жить».

Именно эта группа будет опорной для культивирования запроса на переговоры. Технически россиян вполне устроит позиция: «враг — в Москве, но виновники продолжения войны — в Киеве, ибо не хотят переговоров». Тезис с переговорами будут раскручивать и через западные голоса. 

Третья — люди, составляющие костяк обороны, которые ни при каких условиях не примут РФ. Обрушение и выдавливание из города данной группы будет одной из главных целей россиян.

Задача максимум для Москвы: стравить вторую и третью группу, чтобы желающие «нормально жить» обвиняли в невзгодах войны не Россию, а тех, кто даёт отпор оккупантам.

Для работы с этими аудиториями россияне используют реальные проблемы и опираются на реальные мотивы.

Сигнал «война будет долгой» и «у РФ есть план на годы вперед» вместе с периодическими обстрелами подстегивает требование «какого-то решения». Рефрен «война будет долгой» в Ужгороде и в Харькове ощущается совершенно по-разному. Россияне докручивают этот тезис. Режим «сначала прилет — потом тревога», который недавно снова как следует прочувствовали в Киеве (Харьков ближе к границе и в нем совсем другое качество ПВО), не делает людей симпатизантами РФ, но формирует настроения.

«Школа в метро», ставшая одним из символов стойкости и вызывающая умиление у партнеров, в самом Харькове частью горожан воспринимается иначе: в гробу мы видали, чтоб наши дети учились в метро и подвалах, пусть так поучатся дети умиляющихся. И тех, кто уходит на рождественские каникулы, не утвердив пакет помощи. Это эмоции, но они есть. 

Что предложить этим людям? Есть вещи, которые неплохо резонируют.

Адекватно воспринимается аргумент, что сейчас ни о чём хорошем договориться нельзя, только о плохом и без каких-либо гарантий. Отчего станет не лучше, а хуже. Тезис, что надо терпеть до развала России, — не работает. А вот мысль «терпеть, чтобы выйти в более сильную переговорную позицию и договариваться о хорошем» — вполне. Однако нужны действия в подкрепление.

Наглядным доказательством движения к лучшей переговорной позиции будет усиление ПВО и способность наносить удары по территории РФ. Ничто так не бодрит людей, как взрывы у тех, кто обстреливает Харьков.

Конструкция «переговоры — возможно, но в сильной позиции, и вот так мы к ней идём» не позволит россиянам подмять эту группу полностью.

За что воюем?

У меня довольно специфический круг общения в Харькове, практически все либо воюют, либо обеспечивают фронт. Поэтому очень наглядно видны признаки темы, которую стоит проговорить.

На эту группу россияне забрасывают информационный вирус «а за что мы воюем»? Что будет после победы или в случае заморозки боевых действий?

За два года большой войны (а кто-то на войне и 10 лет) есть и усталость, и истощение. Однако мотивация не пустить россиян в свой дом и память о погибших держат в тонусе. Залезть в голову и подавить волю этих людей в категориях настоящего времени крайне сложно.

Поэтому россияне начинают работать с образом будущего. Чтобы создать ощущение бессмысленности сопротивления. 

Сигнал очень простой: у Харькова в условиях вражды с Россией нет будущего. Поскольку и в случае продолжения горячей фазы войны, и в случае враждебной заморозки город обречен на деградацию. Разница лишь в том, с какой скоростью.

С 1991 года Харьков прошёл через несколько потрясений.

В СССР город был важным имперским научно-техническим и промышленным центром. Всё, что обслуживало империю, особенно ВПК, вмиг стало ненужным. Город потерял 200 тыс. населения (очень продуктивного) и прошёл через болезненную адаптацию. Вместо наукоемких производств появился рынок «Барабашово». 

К середине 2000-х город оклемался, нашёл новую миссию, которая в значительной мере была завязана на контакты с Россией.

В 2014 году часть этих связей оборвалась, часть — ослабла. Из крупнейшего логистического хаба Харьков всё больше превращался в тупик.

Обвала не произошло из-за притока большой массы населения из Донецкой и Луганской областей. Это была инъекция, которая помогла пройти через шок. Плюс бил рекорды аэропорт, что обеспечивало достаточный комфорт и мобильность для контингента с высокими доходами.

В 2022 году ситуация резко ухудшилась.

Во-первых, встал и вышел ИТ-бизнес. Многие — безвозвратно. Те, кто пока остался, готовятся. А это важнейшая для города часть сообщества.

Во-вторых, под угрозой сектор образования. Пока ещё есть инерция, но и студенты (особенно — иностранные), и преподаватели неизбежно будут искать альтернативу. Это ещё одна ключевая группа.

В-третьих, многие бизнесы, где нужно что-то развивать или просто с длительным циклом, замерли или ушли (уходят). Уезжают люди востребованных профессий, например врачи.

В общем, значительная часть наиболее продуктивного населения, которая формировала городскую среду, покинула город. Либо находится на стадии принятия того, что придётся уехать. Не сегодня, так завтра. Не завтра, так послезавтра. Потребности обороны обеспечат приток в город нового населения — военных. Однако их не будет достаточно для компенсации оттока.

Плюс военные создают иную среду. Будет шевелиться какая-то оборонка. Но, скорее, не производство, а ремонт и подобное.

Даже если война «заморозится» завтра, Харьков останется тупиком на границе с нависающим Мордором. В итоге получится совсем не тот город, в котором харьковчане привыкли жить и который был магнитом для нескольких регионов.

Харьков в нынешнем виде перестанет существовать. Среда изменится. Он постепенно превратится в аналог Сум (тоже находятся в 40 км от границы с РФ). Хороший город — но другой.

Россияне подбрасывают мысль: ну, допустим, вы храбро обороняетесь, и завтра война встанет на паузу. А дальше что? А будете ли вы жить в таком городе со своими детьми? А если не будете, так зачем упираться? 

Пряник интеграции в ЕС и НАТО пока или уже не выглядит убедительно. Вернее: многие будут выбирать личную интеграцию, а не бороться за эфемерную интеграцию вместе с городом, у которого грустная перспектива.

Работа с РФ

До тех пор, пока не обозначена другая перспектива.

Пока отбивались подручными средствами, всю эту рефлексию о будущем надо было держать при себе, дабы не размывать фокус. Сейчас уже надо давать людям какие-то подсказки. Ибо россияне активно вышли на эту полянку.

Чтобы сохранить и обеспечить развитие полуторамиллионного города, нужна большая идея. Я бы искал идею в правдивой и понятной области — связей Харькова с Россией. Харьков должен превратиться в один из главных центров работы с российской угрозой для ЕС и НАТО, в один из центров модерирования происходящего на российском пространстве.

В Харькове для этого есть базовый интеллектуальный капитал, который можно нарастить, и неоспоримое преимущество — отсутствие языкового барьера.

В Харькове должен быть развернут международный трибунал для преследования российских военных преступников.  

В Харькове должен быть построен инструмент фильтрации, какой из россиян хороший, а какой — нет.

В Харькове должна заземлиться вся международная инфраструктура по обслуживанию санкций против России, конфискации активов и т. д. 

В Харькове нужно разворачивать аналитические центры, которые будут обслуживать западные столицы. Вместо того шлака, который наплодили сейчас из разного рода советологов и кремленологов.

В качестве переговорной опции существует тезис о демилитаризованной зоне на 100-200 км вглубь РФ или Беларуси. Харьков изначально должен быть позиционирован как центр мониторинга и управления этой зоны, если она будет создана.

Один из прикладных вопросов для любого диалога о гарантиях — создание условий для реанимации аэропорта. Чтобы открыть город для иностранцев. Плюс сутки логистики в одну сторону — это приговор.

Какие риски? В Кремле не будут кричать ура и могут усилить давление. Но они в любом случае усилят давление.

Разница: успеет ли Харьков появиться на карте интересов ЕС и НАТО либо нет. Это и определит, сколько ресурса можно будет привлечь для защиты и восстановления.

Если не думать в этом направлении, то многое всё равно будет реализовано. Ибо запрос на работу с российским пространством есть. Но будет реализовано, условно, во Львове. Потому что во Львове приятно.

Будет хороший мир и шанс на нормализацию с РФ через время — Харьков займёт нишу хаба контактов. Будет плохой мир и хулиганы с ядерной бомбой в 40 км? Сеул тоже так живёт. Но он включён в систему интересов и гарантий. (До сих пор существует специальное командование ООН, созданное в 1950 г. для защиты Республики Корея от агрессивного коммунистического режима.)

В общем, время продумать новые просьбы к Санта Клаусу и подтянуть на правильную сторону Деда Мороза. А начать со Снегурочки.

читать еще

Подпишитесь на нашу рассылку