Financial Times Переводы из Financial Times
Поддержите The Moscow Times

Подписывайтесь на Русскую службу The Moscow Times в Telegram

Подписаться

Новый российский законопроект может запретить трансгендерным людям официально менять пол

После законодательного закрепления традиционного определения семьи ЛГБТ-люди станут гражданами второго сорта

Сообщество ЛГБТ давно сталкивается с дискриминацией в России. Д.Ловецкий / AP / ТАСС

Когда Ирма Веллер, 44-летняя трансгендерная женщина, узнала о новом российском законопроекте, который запрещает трансгендерам менять пол в свидетельстве о рождении, она решила, что, наконец, пора покинуть страну.

«Я поняла, что моя жизнь здесь больше не имеет ценности», — сказала Веллер The Moscow Times на прошлой неделе перед отъездом, чтобы попросить политического убежища в стране, которую она просила не называть.

В России, которая классифицирует трансгендерных людей как психически больных, и где им даже запрещено водить машину, они уже давно сталкиваются с дискриминацией. Однако, как считают активисты и правозащитные группы, новые поправки к Семейному кодексу, направленные на «укрепление института семьи», сделают их жизнь еще более сложной.

Законопроект, который называют «законопроектом Мизулиной», поскольку она возглавляла его разработку, будет рассмотрен Госдумой в конце сентября.

В последние годы Елена Мизулина успешно лоббировала нашумевший закон 2013 года о запрете «гей-пропаганды», а также усилия по декриминализации домашнего насилия. В июле она предприняла новую инициативу — законодательно закрепить традиционное понимание семьи, что означает, в первую очередь, запрещение однополых браков и запрет на усыновление однополыми семьями. Это произошло всего через несколько дней после того, как был одобрен ряд поправок к Конституции, которые включают и пункт, определяющий брак как «союз мужчины и женщины».

Однако поправки не только прямо запрещают однополые браки и усыновление. Они идут еще дальше, запрещая трансгендерным людям официально менять пол в документах. Таким образом, по мнению правозащитников, законодатели не позволят даже гетеросексуальным трансгендерам вступать в брак, поскольку по документам такие союзы будут считаться однополыми.

«У меня только одно объяснение, — сказала Татьяна Глушкова, юрист Проекта правовой защиты трансгендеров. — У них в голове фантазия, что люди меняют документы, чтобы вступить в однополый брак».

Критики говорят, что это стало частью пакета «пряников» для традиционалистов и усиливает среди них поддержку президента Владимира Путина на третьем десятилетии его пребывания у власти. Одновременно «закон Мизулиной» продолжает и уже старую тенденцию законодательного «возрождения традиционных семейных ценностей».

«Трансгендерные люди в России и так находятся в уязвимом положении с точки зрения закона, и дальнейшее снижение правовых стандартов не дает ничего, кроме дешевой популярности», — сказал Кайл Найт, исследователь ЛГБТ-программы в Human Rights Watch.

Однако если для законодателей этот шаг является пиар-ходом, поправки откроют ящик Пандоры для трансгендерных людей страны. Во-первых, помимо запрета изменений пола в будущем, некоторым трансгендерам, которые уже прошли это изменение, возможно, придется получить свои старые свидетельства о рождении.

В течение многих лет, пока Минздрав не разработал стандартную процедуру смена пола в феврале 2018 года, решение о ней принималось в индивидуальном порядке.

После получения необходимого психиатрического диагноза трансгендеры посещали местные органы ЗАГС. Некоторым из них на этом основании сразу вносили изменения в свидетельство о рождении, от других требовали, чтобы они получили решение суда.

По словам Глушковой, хотя большинство изменений в документах до февраля 2018 года было сделано по решению суда, «законопроект Мизулиной» отменяет изменения, внесенные без такового. Если законопроект будет одобрен, до 1 января 2022 года эти люди будут обязаны вернуть свои новые свидетельства о рождении и получить старые.

«Это показывает, что законодатели даже не знают необходимой процедуры для изменения пола в России, — сказала Глушкова. — Эти поправки нельзя принимать уже по техническим причинам, не говоря о нарушениях прав человека».

Правозащитные группы говорят, что предлагаемый законопроект изобилует аналогичными правовыми недостатками, из-за которых трансгендерные люди могут оказаться в неопределенном положении и в других ситуациях.

Ева Штайнер, 40-летняя трансгендерная женщина, которая в течение многих лет консультировала трансгендеров по вопросам Семейного кодекса, сказала, что поправки, например, не дают четкого представления о том, аннулируют ли они задним числом такие браки, как у нее. Штайнер, которой при рождении был записан мужской пол и которая сменила документы в 2013 году, с 2001 года состоит в браке с женщине, с которой воспитывает четверых детей.

Россия официально не признавала однополые браки еще и до «законопроекта Мизулиной». Однако некоторые пары, заключившие брак за границей, смогли зарегистрировать свой брак на родине через некоторые юридические лазейки. Если закон будет принят, эти лазейки будут прикрыты.

Ранее также не существовало закона, прямо запрещающего однополым парам усыновлять детей, хотя этим парам и грозили обвинения в соответствии с законом о запрете «гей-пропаганды». Усыновление теперь будет официально запрещено, в том числе для таких семей, как семья Штайнер.

Екатерина Мессорош, транс-активистка петербургской группы по защите прав трансгендеров «Т-Действие», сказала, что с момента появления законопроекта группа отмечает значительное увеличение количества звонков на горячую линию психологов.

По словам Мессорош, в конечном итоге проблема даже не столько в юридических осложнениях, которые последуют, а в сигнале, который российское государство даст этим законом.

«Это в первую очередь направлено на то, чтобы объявить ЛГБТ — в данном случае трансгендеров отдельно и особенно — гражданами второго сорта», — сказала она.

Нет никаких гарантий, что закон будет принят в его нынешнем виде — он должен пройти три чтения в Государственной Думе, прежде чем может быть вынесен на голосование в Совете Федерации и подписан Путиным. Тем не менее, многие трансгендерные люди, такие как 25-летний москвич Алан Леонгард, готовятся к худшему сценарию.

«Если государство ограничит права трансгендеров, многие люди увидят причину относиться к ним таким же образом», — сказал он.

Именно поэтому Веллер решила, что, наконец, пора уезжать.

«Больше всего меня бесит то, что я плачу налоги, как и все остальные, — сказала она. — Но ко мне не относятся как к равному гражданину».

читать еще

Подпишитесь на нашу рассылку