Поддержите The Moscow Times

Подписывайтесь на «The Moscow Times. Мнения» в Telegram

Подписаться

Позиция автора может не совпадать с позицией редакции The Moscow Times.

Напрасные надежды, или Инициатива сейчас – у РФ

Любому человеку свойственно надеяться на лучшее, особенно перед Новым годом. Но если аналитики начинают считать призванием придумывание для этого соответствующих поводов, нам всем можно только посочувствовать.
Российская армия многому научилась на собственных ошибках Министерство обороны РФ

Именно это ощущение накрыло меня при чтении одной из недавних колонок в Moscow Times, чей автор сообщил миру о появлении у Украины «окна возможностей» до самопереназначения Владимира Путина 17 марта 2024 года.

На мой взгляд, нет ничего более ошибочного — и опасного — чем подобные иллюзии.

Первое

Мне не кажется, что как в России, так и в Украине сейчас име­ет смысл серьезно относиться к любым опросам общественного мнения. Да­же если допус­тить, что поддержка агрессивной войны упала в Российской Фе­дерации до рекордно низкого уровня, это вовсе не означает, что в стране мо­жет сформироваться антивоенная оппозиция — а несогласный, но безмолвный народ ни на что не влияет. Даже если допустить, что в Украине станови­тся больше тех, кто готов к мирным переговорам, в стране всегда найдётся 10–15% сторонников продолжения войны, и эти пассионарии сметут любого, кто заикнётся о мире. Поэтому войне не видно конца.

Второе

Не стоит преувеличивать российские проблемы с мобилизацией: конечно, в армию никто массово не записывается даже за довольно большие по местным меркам деньги, но в Кремле не ощущают угрозы для фронта. С одной стороны, потому что сегодня проблемы с вооружением (от мин и снарядов до дронов) испытывает скорее Украина, и, с другой стороны, потому что за последние месяцы российские военные в ходе боевых действий достигли такого уровня подготовки, о котором в 2022 г. не могли и мечтать. И если Вооруженные силы Украины не прорвали российской обороны в течение этого лета, странно призывать их сделать это зимой.

Третье

Нужно отдавать себе отчет, что за два года войны Россия перестроила свою военную промышленность — и хотя она не может восполнить всех понесенных потерь, но готова поддерживать боеспособность армии на текущем уровне. Производство вооружений выросло в 2–5 раз; построены новые предприятия, начинающие выпускать те же дроны по иранской технологии (причём тысячами). В Украине, напротив, собственного производства вооружений не прибавилось, разрекламированный завод по сборке беспилотников «Байрактаров» только проектируется, а подбитые танки собираются чи­нить то в Польше, то в Германии. Где тут можно видеть открывающие шансы, мне не очень понятно.

Четвертое

На начавшуюся зиму почти наверняка придётся локальный провал в западной помощи для Украины. Сроки по поставкам снарядов для ВСУ со стороны европейских стран сорваны; планы предоставления истребителей почти забыты; в США Конгресс не одобрит $60-миллиардный пакет военной помощи как минимум до второй половины января; а в ЕС зашли в тупик критически важные согласования о выделении €50 млрд, из которых Киев намеревался в 2024 г. покрывать большую часть расходов бюдже­та на «социалку» и которым сейчас невозможно найти замену.

Бесконечная война

Но всё это, конечно, меркнет перед тем, насколько укрепилось ощущение российских властей в возможности переломить ход войны. Судя по поведению Владимира Путина, он действительно намерен сделать 2024 г. «годом великого пе­релома» и пойти вперёд. Последние дни принесли самые масштабные атаки на Киев в этом году; практически не приходится сомневаться, что российские войска попытаются вновь уничтожать критически важные объекты украин­ской инфраструктуры.

В Кремле окончательно взяли курс на изматывающую бесконечную войну — и скорее всего, она потребует (по крайней мере в эту зиму) от России намного меньших жертв, чем от Украины. А коль скоро наде­яться на скорый мир россиянам не приходится, Владимир Путин будет заинтересован в том, чтобы предъявить подданным новые достижения — и именно до 17 марта, т. е. в период, когда некоторым видятся новые шансы для Киева.

Усталость против самоуверенности

Рассуждения о вероятности переворота в России «в ближайшие полтора года после выборов» могут убеждать специалистов по академической политологии. Но, с одной стороны, пока не подтверждаются в России хотя бы минимальным снижением степени единения элиты: в советское время перебежчиков было больше, чем сейчас — самое «масштабное дезертирство» пока включает оставление позиций 40 бойцами, тогда как в годы Великой Отечественной войны на сторону противника переходили сотни тысяч советских солдат. А с другой стороны, обещают нечто хорошее далеко за пределами нынешнего «окна возможностей».

Если же оценивать реалии наступившей зимы, то они будут определяться исключительно возросшей самоуверенностью России и явной усталостью Украины, усугубляемой вялостью её поддержки со стороны Запада. Последняя наверняка возобновится в будущем, но это не меняет угрожающего характера текущего момента.

Подытоживая, я бы сказал, что ближайшие месяцы стратегическим преи­муществом с высокой степенью вероятности будет обладать как раз Россия — и Украине стоит готовиться к сложному противостоянию в непростых усло­виях. Пытаться представить дело иным образом, может быть, и гуманно, но не факт, что продуктивно.

Обманутые ожидания в кризисных ситуациях могут оказаться весьма разрушительным фактором.

читать еще

Подпишитесь на нашу рассылку